15:24

Москвич без паспорта и денег месяц прожил на вокзале

  1. Новости

В середине августа на Южном вокзале в Калининграде появился молодой человек. Ничего особенного – прилично одетый, с огромным дорожным рюкзаком, таких на нашем вокзале ежедневно сотни, если не больше. Расположился на лавочках. Сидит день, сидит второй, неделю. Покурил, что-то перекусил, повертел в руках мобильный телефон – камеры наблюдения фиксировали одну и ту же картинку.

– Мы проверили документы у парня, – рассказывает старший оперуполномоченный Западного ЛУ МВД России на транспорте Олег Моторин. – Выяснили – зовут его Андрей, 28 лет, прописан в Москве. Он пояснил, что путешествует по России, но попал в неприятную ситуацию – загранпаспорт кончился, а денег на обратную дорогу нет, поэтому вынужден здесь задержаться на некоторое время, пока не решит проблему.

Странности в поведении Андрея Олег заметил сразу. Он ежедневно беседовал с московским гостем, который ни с кем из полицейских больше общаться не желал. Как он объяснил, в наш город он ехал целенаправленно, из Питера, но на границе с Белоруссией его сняли с поезда – закончился загранпаспорт (этот документ парень использовал редко, поэтому ему даже в голову не пришло проверить сроки). Далее он добрался до Минска, оттуда самолетом до Калининграда. В кармане оставалось 150 рублей, знакомых здесь нет. Местом ночлега да и проживания тоже парень выбрал привокзальную площадь, мол, здесь более безопасно, кругом камеры, наряды ППС, ведь он «работает на все секретные службы России, и за ним ведут охоту более трехсот человек, в том числе люберецкие бандиты». Задерживать Андрея было не за что, общественный порядок он не нарушал. Отправить в больницу нельзя – по закону госпитализация возможна только при согласии пациента, если он не буйно помешанный и не представляет угрозу для окружающих. Парень таким и являлся.

Колесил по всей стране

Умереть с голоду Андрею не дали. Кормили работники вокзала, жильцы ближайших домов, продавцы торговых палаток, таксисты угощали сигаретами. Так и жил московский паренек. Спал на лавочке около здания или в ближайшем торговом центре. Из ценных предметов у него с собой были старенький ноутбук и два мобильника. От какой-либо материальной помощи Андрей отказывался: «Справлюсь, я же путешественник».

– Действительно, он много колесил по стране, – говорит оперуполномоченный Западного ЛУ МВД России Татьяна Ревенко. – В течение этого года побывал в Екатеринбурге, Новгородской области, Уфе, Самаре, Питере, откуда и двинулся в Калининград. Скорее всего, он был неплохо обеспечен, раз мог позволить себе не работать и путешествовать. Мы все проверили, уточнили, выполнили свои профессиональные обязанности, но мы же еще и люди. Было очевидно, что парень самостоятельно не справится с проблемой, пропадет.

Полицейские линейного управления сделали запросы в Московское ГУВД, вышли на участкового того района, где прописан Андрей. Но как таковой помощи от столичных коллег не последовало. В розыск молодого человека не объявишь – местонахождение его известно, спасать – забирать домой не в полномочиях органов. Единственное, участковый помог выйти на отца Андрея – опорный пункт расположен в доме, где жил путешественник. Оказалось, Андрей из благополучной семьи, мать, отец, младшая сестра, благоустроенная квартира в столице, нужды ни в чем нет. Но разговаривать с родителями и возвращаться домой парень не захотел.

«Вам опасно со мной общаться»

Говорить с Андреем сложно – грамотная (видно, что парень эрудированный), но тихая и бессвязная речь: «Мне ничего не надо… с рюкзаком тяжело гулять… хочу в Санкт-Петербург... за мной слежка... вам опасно со мной общаться». То, что у нашего собеседника проблемы с психикой – к гадалке не ходи. Оставлять его в таком состоянии на привокзальной площади больше нельзя, неизвестно, какие перемены в сознании последуют дальше. Сотрудники линейного управления вызывают «скорую». Андрея на наших глазах увозят в психиатрическую больницу. Он дал согласие на госпитализацию.

– Молодой человек страдает психическим заболеванием, нуждается в лечении, – сообщил врач-психиатр скорой медицинской помощи Евгений Фокин. – В вещах пациента найдена справка, что он уже был на госпитализации в психиатрической клинике в Екатеринбурге (парень не так давно путешествовал по тем краям. – прим. авт.). Что касается будущего, у него есть все шансы вернуться к нормальной полноценной жизни при условии, что в дальнейшем он будет наблюдаться у специалистов и вовремя проходить лечение.

Отец Андрея как будто только и ждал звонка, трубку поднимает после первого гудка. Узнав, что сын в больнице, Григорий Иванович облегченно вздыхает: «Слава богу, теперь хоть под наблюдением, под крышей и с питанием».

– Андрей был нормальным ребенком, подростком, юношей, мы его любили, старались как можно больше ему дать, – рассказал мужчина корреспонденту «СК». – Учился хорошо, поступил в Московский энергетический институт, сразу на два факультета – инженерно-энергетический и экономический. Блестяще окончил вуз, получил хорошую должность в «Мосэнергосбыте», купил машину, встречался с девушкой, мы нарадоваться на сына не могли. Все стало меняться пару лет назад. Сначала Андрей стал подозрительным ко всему и всем, потом агрессия появилась, следом мания преследования, он твердил, что его все норовят подставить, кругом сплошные агенты-вербовщики. В итоге бросил работу, расстался с девушкой. Сколько мы ни бились, по врачам водили, в платные клиники устраивали – бесполезно, врачи говорили, что не видят в нем угрозы для общества и что он вполне адекватный человек, и никто не придавал значения нашим рассказам о том, что творил Андрей дома. Год назад он ушел от нас. Стал путешествовать. И все это время мы с женой не живем, а существуем. Какой бы ни был, он наш сын. Хорошо, что он симки в телефонах не меняет, мы кинем деньги на счет, наберем, идут гудки, сбросил – значит, жив, а поговорить с ним так и не удалось за год: не хочет он. Что случилось с ним, не знаю.

Забрать Андрея домой сейчас не получится, пока он не пройдет обследование. Но родители готовы в любой момент вылететь за ним.

Совет психолога

– Действия полицейских в этой истории – лучшее из возможного, – говорит семейный психолог Евгения Одегова. – Теперь про странности: если коллега вдруг стал рассказывать  о том, что он тайный сотрудник ФСБ, о слежке и нападениях на него, не спорьте – это лишь вызовет агрессию. Поговорите с психологом, если такой есть в коллективе, или осторожно обратите внимание руководства. Если это ваш сосед, постарайтесь озвучить свои подозрения его родственникам. Возможно, еще не поздно помочь. В любом случае, если вы хотите обезопасить себя, не пытайтесь человека «выводить на чистую воду» или доказывать свою правоту. Если же странности напрямую вредят вам или вашим близким, необходимо обратиться в полицию. Но реально помочь человеку может только врач-психиатр.

Когда верстался номер

Григорий Иванович позвонил в редакцию «Страны Калининград» и попросил со страниц нашей газеты поблагодарить оперуполномоченных Олега Моторина и Татьяну Ревенко за неравнодушие к судьбе Андрея и всех, кто помогал его сыну выжить на привокзальной площади.